Что такое Белый город в Москве и его стены

Что такое Белый город в Москве и его стены

Застройка этой территории началась задолго до появления каменных стен: ещё в XIV веке здесь стояли загородные дворы, сады и монастырские усадьбы, а к концу того же столетия местность окружили земляным валом и рвом.

Название «Белый город» закрепилось за третьим оборонительным поясом Москвы — после Кремля и Китай-города. Самая распространённая версия связывает его с материалом: стены возводили из мячковского известняка, белого камня из подмосковных карьеров. Есть и другая версия. Историк П. В. Сытин считал, что слово «белый» указывало не на цвет, а на статус жителей: здесь селились бояре на «белых землях», освобождённых от податей.

История и зодчество: кто построил стены Белого города?

До каменных укреплений Москву на этом рубеже защищали деревянные стены на земляном валу — и они сгорели дотла во время набега крымского хана Девлет-Гирея в 1571 году. Пожар обнажил всю уязвимость города. В 1585 году, при царе Фёдоре I и под фактическим руководством Бориса Годунова, началось строительство каменного пояса — Белгородской стены.

Автором проекта считается Фёдор Савельевич Конь (около 1540 — после 1606) — «государев мастер», один из немногих древнерусских зодчих, чьё имя дошло до нас в письменных источниках. Стену строили восемь лет. По размаху стройка не имела равных в России тех лет — готовая крепость охватила территорию, которая сегодня составляет добрую половину всего исторического центра Москвы.

Стена начиналась у берега Москвы-реки от мощной Алексеевской (Семиверхой) башни (в районе современного Храма Христа Спасителя), проходила по линии сегодняшнего Бульварного кольца до площади Яузских ворот, откуда поворачивала к Москве-реке, шла вдоль набережной и там смыкалась с Китайгородской стеной. Вдоль всего периметра тянулся ров, который в мирное время наполняли водой.

Технология строительства стены Белого города

Стены не были одинаковыми по всей длине. Строили из белого камня в основании и большемерного кирпича с внутренней забутовкой — сочетание, которое давало и прочность, и скорость возведения. Несмотря на то что наземная часть стен утрачена, историки вправе делать такое предположение, потому что Фёдор Конь по такому же принципу позже построил Смоленскую крепость.

У каждого слоя стены была своя задача. Известняк в основании держал вес всей многотонной конструкции и хуже впитывал влагу из земли, чем кирпич, — значит, низ стены меньше страдал от сырости и морозного разрушения. А главное, такой монолитный камень у самой земли было бы значительно сложней раскопать ломом или пробить бревном-тараном — в отличие от кирпичной кладки, которая поддаётся куда легче.

Выше шла кирпичная облицовка — снаружи и внутри, как две параллельные «рубашки» стены. Кирпич имеет стандартный размер, так что он укладывался быстро и ровно, без подгонки, как приходилось бы делать с бесформенным камнем, — отсюда и скорость, с которой стена поднималась в высоту.

А между этими двумя кирпичными слоями оставляли пространство, которое заполняли всем, что было под рукой: обломками камня, боем кирпича, залитыми известковым раствором. Когда раствор застывал, эта неоднородная сердцевина работала как амортизатор — гасила удар, а не трескалась разом, как цельный камень. Именно поэтому стена должна была держать артиллерийский обстрел лучше, чем можно было бы ожидать от кладки такой толщины.

Строить так было и практично: тонкие кирпичные «рубашки» клали опытные каменщики, а забутовку внутри — рабочие руки попроще, без особой квалификации. Стена буквально росла с двух концов одновременно.

От кого защищала стена: два врага, одна крепость

Пушки Алексеевской башни, одной из самых мощных на всём протяжении стены, смотрели на Крымский брод — опасное направление, откуда чаще всего приходили татарские набеги.

Стену строили не против одного противника — угрозы приходили с разных сторон, и каждая требовала своего инженерного решения. Фёдор Конь сумел предусмотреть всё это при строительстве.

С юга и востока Москве угрожало Крымское ханство. Татарская конница воевала быстро: налетала, хватала добычу и пленных, уходила прежде, чем город успевал собрать ополчение. Тяжёлой артиллерии у них не было, а значит, и длительных осад они не вели — им нужен был город, открытый для стремительного прохода. Прежний деревянный вал этому вообще не мешал: его просто сжигали, как и случилось в 1571 году. Каменная стена изменила правила игры — конница не могла взять с ходу препятствие высотой до 10 метров, и татары лишились главного козыря, внезапности. Уже в 1591 году крымский хан Казы-Гирей подошёл к укреплённой Москве, оценил новые стены Белого города и Кремля и отступил, не решившись на штурм, который обещал стать катастрофой для его войска.

С запада угроза была совсем другой. К концу XVI века на границах России набирали силу Речь Посполитая и Швеция — государства с регулярными армиями, тяжёлыми пушками, пехотой и инженерами, которые умели вести подкопы и правильную осаду по всем канонам европейской фортификации того времени. Именно под эту угрозу Фёдор Конь и спроектировал стену как настоящее фортификационное сооружение: толщина держала прямые удары пушечных ядер, а башни выступали далеко вперёд от линии стены — так защитники могли вести перекрёстный огонь и простреливать подошву укрепления, если пехота всё же пойдёт на штурм с лестницами.

Крепость решала и внутренние задачи, далёкие от войны. Деревянная Москва горела почти каждый год, и каменный пояс делил город на изолированные участки, не давая огню из посадов перекинуться в центр. А через проездные ворота — Покровские, Никитские, Арбатские и другие — шёл строгий контроль: всех въезжающих досматривали, ловили разбойников и нежелательных гостей, собирали пошлины с торговых людей. Крепость служила городу одновременно щитом, противопожарной перегородкой и таможенным постом — три функции в одной стене.

Белый город в XVII–XVIII веках: разбор стены и устройство бульваров

В XVII веке на территории Белого города шло интенсивное каменное строительство: сохранились многочисленные боярские палаты и церкви того времени. Но к середине XVIII столетия стена обветшала и утратила военное значение. Камни и кирпичи местные жители потихоньку растаскивали для своих нужд, а некоторые башни успели приспособить под жильё и лавки. Точку поставил трагический случай: часть стены обрушилась и придавила нескольких прохожих.

После этого Екатерина II подписала указ о разборке: в документе стену назвали лишней, обветшавшей и неудобной для города. На пустом месте решили не строить, а разбить аллеи для прогулок на европейский манер. Сами москвичи быстро придумали им своё название — «гульвары», от французского «гулять».

Стену разбирали почти два десятилетия. Камень и кирпич не выбрасывали: из них потом сложили Воспитательный дом и резиденцию генерал-губернатора на Тверской — крепость в буквальном смысле перевоплотилась в другие здания города.

Так на месте укреплений появилось современное Бульварное кольцо — десять бульваров, и каждый стоит на месте своего участка стены: Гоголевский, Никитский, Тверской, Страстной, Петровский, Рождественский, Сретенский, Чистопрудный, Покровский и Яузский. Названия площадей до сих пор хранят память о воротах, что когда-то здесь стояли, — Никитские, Покровские, Пречистенские. Само же название «Белый город» к XIX веку вышло из городского обихода, но не исчезло насовсем: Белгородский проезд существует и сегодня.

Башни и стены в реконструкциях А. М. Васнецова

Аполлинарий Васнецов подходил к теме Белого города не как сторонний наблюдатель, а как исследователь. С 1918 по 1928 год он возглавлял Комиссию по изучению старой Москвы и лично участвовал в раскопках ворот и башен крепости.

Находки легли в основу серии акварелей-реконструкций, где художник соединил данные летописей, старинных карт, архивных трудов и собственных раскопок.

В 1924–1926 годах Васнецов создал несколько ключевых работ:

• «Семиверхая угловая башня» — акварель и уголь на бумаге, хранится в Музее истории Москвы.
• «У Мясницких ворот» — та же техника и место хранения, но с живой уличной сценой XVII века: транспорт, горожане, обычный дневной шум большого города.

На акварелях видны белокаменные стены, увенчанные шатровыми башнями, — в том числе знаменитая Алексеевская с семью шатрами (Семиверхая).

Пешеходный маршрут: сквозь века по линии Белой стены

Маршрут пролегает точно по трассе бывшей крепости — вдоль Бульварного кольца, от Мясницких ворот до Хохловской площади. Идти здесь интересно даже без страсти к истории: каждые несколько сотен метров — новый архитектурный сюжет, а в конце пути вас ждёт нечто настоящее — подлинные камни XVI века.

Старт: Мясницкие ворота

Маршрут начинается у Мясницких ворот — одних из главных проездных ворот Белгородской стены, построенных в 1580–1590-х годах. Сегодня на их месте стоит вестибюль станции метро «Чистые пруды», открытой ещё в 1935 году, — один из первых узлов московской подземки. Рядом, на Мясницкой улице, стоит Чайный дом Перлова — здание XIX века, которое задаёт тон всему маршруту.

Чуть дальше — два примечательных здания конца XIX — начала XX века.

• Дом страхового общества «Россия» — по проекту архитектора Н. М. Проскурнина, с готической башней-часами, обращённой на Тургеневскую площадь, и двумя корпусами, соединёнными ажурными решётками.
• Дом Московского Политехнического общества (Малый Харитоньевский переулок, 4) — тёмный камень, узкие окна-бойницы, эркеры и башенки-туры, вид настоящего готического замка.

Сердце бульваров: Чистопрудный

На Чистопрудном бульваре маршрут выходит к двум непохожим, но одинаково примечательным зданиям.

Особняк Высоцких (Огородная слобода, 6, стр. 1) построен по проекту архитектора Р. И. Клейна для чаеторговца Давида Высоцкого — стилизация под французское шато эпохи Людовика XIII с асимметричным фасадом, башнями, мансардами и рустовкой. В этом особняке в гостях у Высоцких часто бывал поэт Борис Пастернак, который был влюблён в дочь чаеторговца Иду и давал ей здесь уроки.

Дом со зверями (Чистопрудный бульвар, 14, стр. 3) легко узнать по необычным барельефам с животными, созданным по эскизам художника С. И. Вашкова. Дом возвели как доходный для церкви Троицы на Грязех по проекту архитектора Л. Л. Кравецкого и инженера П. К. Микини. Когда-то его венчали эффектные шатровые башни, но после реконструкции 1945 года они исчезли, а вместе с ними — и часть уникального декора.

Тихие переулки: церкви на трассе стены

Между Покровкой и Чистыми прудами маршрут уходит в переулки, где на линии бывшей стены стоят два храма.

Церковь Фёдора Стратилата на Антиохийском подворье (Архангельский переулок, 15А, стр. 9) — постройка в стиле классицизм с элементами барокко и характерным башнеобразным куполом. Храм составляет единый ансамбль с соседней Меншиковой башней, возведённой по заказу А. Д. Меншикова неподалёку от трассы бывших Мясницких ворот Белого города.

Немного в стороне, в Хохловском переулке, 14, притаилась церковь Троицы в Хохлах — образец московского барокко («восьмерик на четверике») с наличниками и полуколонками с капителями.

Финал: Хохловская площадь («Яма»)

Маршрут завершается на Хохловской площади. Здесь под открытым небом можно увидеть самый крупный из сохранившихся фрагментов Белгородской стены — белокаменное основание, которое обнаружили при строительстве подземного паркинга в 2000-х годах. Фрагмент получил статус памятника федерального значения и сегодня открыт для осмотра в парке-амфитеатре: можно спуститься почти к самому камню и потрогать историю в буквальном смысле.

Где отдохнуть и перекусить на маршруте

Вареничная № 1 (Мясницкая ул., 24/7, стр. 1) — сетевой семейный ресторан русской кухни в двух шагах от Чистых прудов. Здесь есть еда навынос, кофе с собой, бизнес-ланчи и детское меню. Большой выбор вареников и пельменей.

Ресторан «Шатёр» (Чистопрудный б-р, 12А, стр. 6) — финальная точка с видом на пруд: летняя терраса, зимой рядом заливают каток. Также есть еда навынос и кофе с собой.

Логистика: как добраться и где оставить машину

Составленный нами маршрут удобно начинать от метро — большинство ключевых точек находится в пешей доступности от двух станций.

На метро

• «Чистые пруды» (Сокольническая линия) — наземный вестибюль выходит прямо на Чистопрудный бульвар у Мясницкой. Идеальная точка старта.
• «Тургеневская» (Калужско-Рижская линия) — есть пересадка на «Чистые пруды» и «Сретенский бульвар»; до Чайного дома Перлова от выхода около 590 м.

На автомобиле

Вдоль всего маршрута — Мясницкой улицы и Чистопрудного бульвара — действуют платные парковочные зоны. Самый удобный вариант для автомобилистов — подземный паркинг у выхода станции «Тургеневская» (Тургеневская пл., 3с1), заезд со стороны проспекта Академика Сахарова. Уточняйте актуальные тарифы на официальном сайте parking.mos.ru.

Ответы на частые вопросы

Заключение

Стена, окружавшая Белый город, исчезла с карты Москвы три века назад. Но никуда не делась — она растворилась в бульварах, переулках и фасадах, которые вы видите каждый день, даже не замечая.

От пушек Алексеевской башни, смотревших на дальний брод, до белокаменного блока на дне Хохловской площади — линия стен до сих пор читается в изгибе бульваров. Строили стену восемь лет. Сносили — почти двадцать.

Маршрут по трассе бывших стен — это способ заново прочитать город. Мы предложили в нашем гиде небольшую прогулку с красивейшими фасадами и посещением Хохловской площади, на которой можно увидеть сохранившийся фрагмент стены. Однако вы можете пройти всё Бульварное кольцо — описание прогулки смотрите в другой нашей статье.

Изучать Москву и её архитектуру приятней, остановившись в арт-отеле Palmira Art Hotel. Мы находимся прямо у метро «Хорошёвская», от которой удобно добираться до центра города и других его точек.